у окна, чтобы солнце на неё не попадало, говорят это вредно для картин.
— Красивая. Мне цветы нравятся. А кто художник? — разглядывая полотно поинтересовалась тетя.
— Это Ирисы Ван-Гога. Подлинник. У меня даже сертификат имеется, — похвасталась я.
Воцарилась тишина. Не думала что они знают такого художника, но ошиблась, милиционеры у нас люди просвещенные, начитанные.
— Ван-Гог! Мы наверное единственные в Союзе, кто имеет картину такого известного мастера в своей коллекции. Оля хватит глаза таращить, мы не дремучие деревенщины, а офицеры! Знаем что это за художник. Сколько же она стоит?
От необходимости отвечать отвлек звонок телефона, на проводе был Волков, просил заехать. Договорились на завтра, а сейчас пора собираться, через пару часов начнутся соревнования по стрельбе, там мне необходимо победить, от этого зависело многое.
Стрельбы прошли предсказуемо, в финал вышла я и подтянутый парень с научно-технического отдела. Стрелял он хорошо, но до моего уровня не дотягивал, так что победа была за мной. Витя Селезенкин, так звали моего конкурента в призеры, брезгливо щурился, а когда мы на минуту остались одни прошептал, — Вали на хер сучка, там тебе самое место.
Отвечать не стала, о чем с мертвяком можно говорить? Сдохнет в самое ближайшее время, хотя нет, это слишком гуманно. Себя, судя по напомаженной роже, он считает чуть ли не ангелом во плоти, но вот ошибочка вышла, ангел здесь только я! Пока пусть живет, дня три не больше, а потом…, потом жизни не будет, останется лишь жалкое существование.
После объявления победителя, то есть меня, налетела куча народу. Все наперебой поздравляли, а после началось награждение. Вручал кубок с грамотой лично Щелоков, видимо ему доложили о соперничестве ОБХСС и НТО, вот он и приехал. После вручения кубка, медалька к сожалению не предусматривалась, министр задвинул десятиминутную речь о защите трудового народа советской милицией. Далее его сопровождающий полковник раскрыл папку и зачитал указ: За мужество и отвагу, проявленные при задержании особо опасного преступника, в условиях, сопряженных с риском для жизни, наградить Ольгу Викторовну Лёд орденом Красной звезды.
Щелоков пожал мне руку и передал папку с указом, а за тем красную коробочку с орденом. Все вокруг захлопали в ладоши, а у меня из глаз катились слезы. Если быть честной, такого я не ожидала, думала сунут грамоту с ценным подарком, например часами, или в лучшем случае медаль «За отличную службу по охране общественного порядка», а тут целый боевой орден. Если так разобраться, то по статуту награды я подхожу полностью: являюсь сотрудником внутренних дел,(пусть и временным, но всё равно), мужество и отвагу в условиях сопряженных с риском для жизни показала. Опасного вооруженного преступника задержала, а он был не мелким жуликом, а настоящим серийным убийцей.
Папку с коробочкой передала гордой Львовой, а сама взяв под руку Щелокова отошла с ним немного в сторону. Дальше рассказала ему о своей тете, которая при задержании бандита и убийцы была ранена ножом, а награды до сих пор не получила. В капитанах сидит безвылазно, столько кадров воспитала, одного вообще грудью от пули прикрыла, а где благодарность? Министр вначале был растерян, не ожидал такого от девушки, но затем моментально вникнув обещал во всем внимательно разобраться. Щелоков всегда был горой за своих сотрудников, а реформа МВД, проведённая им оказалась самой эффективной за всю историю ведомства. Вообщем мужик непростой, как вначале могло показаться, он даже пытался сотрудничать с Интерполом, но ему не дали, наверное Суслов. Беседовали с ним наверное не меньше получаса, пока его сопровождающий не напомнил о предстоящем совещании. Извинившись Николай Анисимович уехал, ещё раз пообещав лично во всем разобраться в самое ближайшее время.
— О чём это ты так долго говорила с министром? — услышала я за спиной голос тети.
— Ни о чём, а о ком! После расскажу, пошли к нашим, нужно это отметить, а орден вообще полагается обмыть, чтобы был не последний.
Мое предложение — завалится сегодня в ресторан, было с энтузиазмом принято, к сожалению только после работы, часиков в семь вечера. Анастасии Федоровне поручили доставить меня домой, затем заказать небольшой зал в ресторане, ну и выбрать подходящее меню. Приехали сюда на Волге Анастасии, свой Астон-Мартин оставила у дома, зачем дразнить высокое начальство и давать повод для сплетен, впрочем после моей продолжительной беседы с министром они появятся в неограниченном количестве..
Только вошли в квартиру как тетя потащила меня в кабинет.
— Итак я слушаю! Внимательно! — усаживаясь напротив меня сказала она.
— Представляешь, вчера мы стали обладателями чудесной дачи на берегу реки. Всё как мы хотели, — начала я.
— Ты мне зубы не заговаривай, о чём говорили с министром? Дача! Какая ещё дача? — не поняла она.
— Хорошая. Только дом слишком мал, но ничего страшного, построим новый, на самом берегу. Будем сидеть на террасе и пить чай с видом на реку, там даже свой пляж имеется, наш личный. От города совсем недалеко, охраняемый дачный поселок ученых, у нас целых два участка на берегу. Правда здорово?
— И во сколько нам обошлась такая радость? Только не ври! — сузила глаза Анастасия.
— Официально двадцать пять тысяч, а так конечно больше. За один только забор с воротами пришлось выложить двадцать две тысячи, новый дом выйдет не меньше пятидесяти-восьмидесяти тысяч, — озвучила цифры.
— Сколько? Ты что там дворец культуры собралась строить? — округлила глаза тетя.
Дальше я поведала о нашем разговоре с Щелоковым, этим я окончательно её добила. Пришлось отпаивать валерьянкой, пустырником и корвалолом. Только почувствовав валидол под языком, тетя Настя окончательно пришла в себя.
— Когда нибудь ты меня загонишь в гроб. Мне казалось что я уже готова ко всему, а тут снова как обухом по голове.
После мы убирали в сейф наши ценности: деньги, сертификаты и драгоценности. У Анастасии, к моему великому стыду их почти не было, только обручальное кольцо и небольшие золотые серёжки. Мои украшения ей не подойдут, они все подобраны под меня, поэтому мы немедленно отправляемся в Березку. Сегодня мой праздник, поэтому возражения не принимаются, она на нем должна выглядеть моделью, как впрочем и я.
Взяли пачку сертификатов и на моей англичанке в валютный рай. Ей выбрали небольшие серьги с бриллиантами, кольцо и цепочку с кулоном, а мне красное платье под орден, это было её непримиримое условие, иначе ехать отказывалась напрочь, слишком гордая. Пришлось смириться с таким вымогательством, к сожалению на платье всё не закончилось, к нему оказывается нужно красное белье и черные босоножки. Из больших покупок, это автоматическая стиральную машинка,
